Long-term outcomes of surgical interventions for different types of pelvic organ prolapse

Cover Page


Cite item

Full Text

Abstract

Background. The study aimed to comparatively analyze the nature and frequency of complications and the severity of recurrences among patients with different forms of pelvic organ prolapse (POP). These factors will be examined depending on the surgical technique employed.

Materials and methods. The study involved a thorough clinical evaluation, surgical intervention, and outpatient monitoring (at 1, 6, 12, 24, and 36 months) of 523 participants, aged 32–80 years, categorized into four main groups and 3–4 subgroups depending on the type of POP and surgical method used. Group 1 comprised 161 women (30.8%) presenting with grade I–III cervical elongation combined with grade I–II anterior vaginal wall prolapse. Group 2 consisted of 207 (39.6%) patients with grade II–III anterior vaginal wall prolapse, whereas group 3 included 107 patients (20.5%) with complete uterine prolapse. Group 4 was made up of 48 women (9.1%) with grade II–III posterior vaginal wall descent.

Results. Based on the acquired data, synthetic implant extrusion commonly took place 6–12 months after the surgical procedure. Of the 158 patients who received polypropylene endoprostheses, 20 (12.7%) experienced extrusion and required repeated hospitalizations for partial or complete excision, followed by restoration of vaginal wall integrity. POP recurrences typically occurred 12–36 months after surgical treatment and were detected in 69 (13.2%) of 523 patients. The reappearance of symptoms of pelvic organ descent was most commonly identified in patients who underwent surgery using their tissues (26.6%), less frequently with synthetic implants (12.7%), and extremely rarely with titanium endoprostheses (1.6%).

Conclusions. The results revealed that patients, who underwent surgery using original techniques, employing titanium-made mesh implants and anchors, experienced the fewest complications and postoperative POP incidence. Conversely, the use of synthetic implants increases the likelihood of mesh-associated complications and disease recurrence, necessitating partial or complete excision. The use of autologous tissue for POP surgery is related to a higher likelihood of recurring prolapse symptoms.

Full Text

Пролапс органов малого таза ― чрезвычайно распространённая патология, для которой свойственны дебют в репродуктивном возрасте и медленное прогрессирующее течение, что постепенно приводит к анатомо-функциональной несостоятельности не только внутренних гениталий, но и смежных с ними органов (мочевой пузырь, мочеиспускательный канал, прямая кишка), обусловливая нарушение качества жизни женщин, формирование генеративной и сексуальной дисфункции, депрессии, социальной изоляции, снижения или потери работоспособности. Распространённость заболевания варьирует в широких пределах ― от 3 до 94%, достигая максимума у женщин в преклонном возрасте [1–3].

В структуре гинекологической патологии на долю опущения и выпадения внутренних половых органов приходится от 28 до 38,9%, и около 15% хирургических вмешательств в гинекологических стационарах осуществляются именно по поводу указанной патологии [4].

Наиболее эффективен в лечении пролапса тазовых органов (ПТО) хирургический метод [5]. Однако, несмотря на разработку множества базовых операций по поводу ПТО и их модификаций, в том числе с использованием собственных аллопластических материалов для укрепления органов и тканей малого таза, количество рецидивов остаётся значительным и достигает 30–60%, что влечёт за собой повторные оперативные вмешательства [6, 7]. Применение синтетических имплантатов содействует уменьшению частоты рецидивов заболевания с одновременным повышением встречаемости mesh-ассоциированных осложнений, влекущих за собой полное или частичное иссечение имплантата [8].

Учитывая вышеизложенное, исследователями были разработаны и внедрены в клиническую практику оригинальные методики для лечения пролапса органов малого таза с использованием титановых сетчатых имплантатов, титановых фиксаторов в мягких тканях типа «якорь» и анкерных лигатур [9, 10].

Целью нашей работы стал сравнительный анализ характера осложнений, частоты и степени тяжести рецидивов ПТО у пациенток с различными формами тазового пролапса в зависимости от реализованной хирургической методики.

Дизайн научной работы: с 2017 по 2023 год ― многоцентровое рандомизированное контролируемое проспективное (428, или 81,8% пациенток) и ретроспективное (95, или 18,2%) научное исследование, базирующееся на изучении амбулаторных данных и документов стационаров (медицинские карты, истории болезни), телефонном и интерактивном опросе пациенток, прооперированных в период с 2015 по 2017 год.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Исследование выполняли с 2015 по 2023 год в гинекологических отделениях Клиники акушерства и гинекологии им. В.Ф. Снегирёва и Лечебно-реабилитационного центра Минздрава РФ ― клинических базах кафедры акушерства и гинекологии № 1 Института клинической медицины им. Н.В. Склифосовского Сеченовского Университета.

Под наблюдением находилось 523 пациентки репродуктивного (115, или 22%), пременопаузального (188, или 35,9%) и постменопаузального (220, или 42,1%) возраста, которых разделили на 4 группы и 3–4 подгруппы в каждой из них, в зависимости от формы пролапса органов малого таза и реализованной хирургической методики соответственно.

В 1-ю группу вошла 161 (30,8%) женщина с сочетанием элонгации шейки матки I–III степени и опущения передней стенки влагалища I–II степени, во 2-ю группу ― 207 (39,6%) пациенток с опущением передней стенки влагалища II–III степени, в 3-ю группу ― 107 (20,5%) пациенток с полным выпадением матки, в 4-ю группу ― 48 (9,1%) женщин с десценцией задней стенки влагалища II–III степени. После комплексного клинического обследования авторы применили дифференцированный подход к хирургическому лечению.

Части пациенток 1-й группы ― 62 (38,5%) выполнили хирургическую коррекцию сочетания элонгации шейки матки I–III степени и опущения передней стенки влагалища I–II степени при помощи сетчатых титановых имплантатов «титановый шелк» и титановых фиксаторов-лигатур в мягких тканях (Московская операция), 51 (31,7%) женщине 1-й группы провели модификацию Манчестерской операции с применением полипропиленовых сетчатых имплантатов, 48 (29,8%) пациенткам 1-й группы ― Манчестерскую операцию по классической методике [9–11].

У пациенток 2-й группы осуществляли 4 различные хирургические методики. При этом в 59 (28,5%) наблюдениях в процессе хирургического лечения опущения передней стенки влагалища II–III степени использовали сетчатые титановые имплантаты трапециевидной формы индивидуальных размеров и анкерные лигатуры, в 29 (14%) случаях дополнительно фиксировали трапециевидный титановый сетчатый имплантат к сакроспинальным связкам при помощи титановых «якорей», в 56 (27,1%) случаях применяли полипропиленовые сетчатые имплантаты, у 63 (30,4%) пациенток выполняли переднюю кольпоперинеорафию по традиционной методике [12].

В 3-й группе реализовали влагалищную экстирпацию матки, причём у 35 (32,7%) пациенток операцию дополняли укреплением купола влагалища собственными тканями в комбинации с полипропиленовыми имплантатами, у 22 (20,6%) женщин использовали титановые сетчатые имплантаты, а у 50 (46,7%) ― укрепление постгистерэктомического купола влагалища производили только собственными тканями [13].

В 4-ю группу вошли 48 пациенток с опущением задней стенки влагалища II–III степени, у 20 (41,7%) из них для коррекции этой патологии применяли сетчатые титановые имплантаты («титановый шелк»), у 16 (33,3%) ― синтетические имплантаты, у 12 (25%) ― исключительно собственные ткани [14].

Финальным этапом операции у всех пациенток стало укрепление тазового дна ― кольпоперинеорафия с леваторопластикой.

Динамическое амбулаторное наблюдение за пациентками в раннем и отсроченном послеоперационных периодах проводили через 1, 6, 12, 24 и 36 месяцев. Оно включало опрос, анкетирование для субъективной оценки качества жизни до и после хирургического вмешательства с использованием валидированного опросника ПД-КЖ, включающего 40 вопросов и 9 доменов [15], касающихся симптомов пролапса тазовых органов, степени их выраженности, влияния на повседневную жизнь пациенток, а также комплексное специальное обследование: гинекологический осмотр с функциональными пробами (Вальсальвы и кашлевой), трансвагинальную и трансперинеальную эхографию при помощи аппарата Voluson P-6 («General Electric», США).

Степень десценции органов малого таза оценивали в соответствии с международной классификацией POP-Q (Pelvic Quantification System; табл. 1), позволяющей выполнить количественный анализ ПТО [16].

 

Таблица 1. Классификации POP-Q (упрощённая)

Table 1. POP-Q classifications (simplified)

Стадия

Показатели

0

Пролапс отсутствует. Точки Аа, Ар, Ba, Bp располагаются проксимальнее гимена (–3 см), С и D ― ≥ [TVL –2] см

I

Самая пролабирующая точка находится на расстоянии >1 см над уровнем гимена (< –1 см)

II

Самая пролабирующая точка находится на расстоянии ≤1 см от уровня гимена проксимальнее или распространяется на 1 см через его плоскость (≥ –1 см, но ≤+1 см)

III

Самая пролабирующая точка находится на расстоянии >1 см от гимена, при этом TVL уменьшается не более чем на 2 см (отсутствует полный выворот влагалища) (> +1 см, но < +[TVL –2] см)

IV

Выворот стенок влагалища. Самая пролабирующая точка выходит за пределы кольца гимена более чем на 1 см, в связи с чем длина влагалища уменьшается более чем на 2 см (≥ +[TVL –2] см)

 

Критерии включения в исследование:

  • ПТО после хирургического вмешательства;
  • возраст от 32 до 80 лет;
  • опущение передней стенки влагалища II–III степени;
  • элонгация шейки матки I–III степени в сочетании с опущением передней стенки влагалища I–II степени;
  • опущение задней стенки влагалища II–III степени;
  • полное выпадение матки;
  • добровольное подписание информированного согласия об участии в исследовании;
  • согласие на предложенный объём хирургического лечения и введение имплантатов;
  • подписание разрешения на изучение клинической документации (амбулаторные карты, истории болезни).

Критерии невключения:

  • отсутствие рецидивов заболевания после хирургической коррекции различных форм ПТО;
  • воспалительные процессы органов малого таза и/или брюшной полости;
  • врождённые или приобретённые деформации костей таза и тазобедренных суставов, не позволяющие выполнить операцию влагалищным доступом.

Критерии исключения:

  • отказ от участия в исследовании;
  • отягощённый соматический статус (системные заболевания с частыми обострениями, вносящие существенные ограничения в физическую и социальную активность; поливалентная аллергия; активная или латентная инфекция мочеполовой системы или иной локализации, острые инфекционные заболевания, психоневрологические заболевания;
  • злокачественные новообразования женских половых органов;
  • беременность.

Статистический анализ

Обработку полученных данных проводили стандартными методами описательной и вариационной статистики. Статистическую значимость принимали при значении р <0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Динамическое амбулаторное наблюдение за пациентками 1-й, 2-й, 3-й и 4-й групп в раннем (до 1 мес) и отсроченном (от 1 до 36 мес) послеоперационном периоде позволило своевременно выявить отдалённые осложнения хирургических вмешательств и рецидивы ПТО. Особенности течения послеоперационного периода у пациенток 1-й группы представлены в табл. 2.

 

Таблица 2. Характеристика течения раннего и отсроченного послеоперационного периода у пациенток с сочетанием элонгации шейки матки I–III степени и опущения передней стенки влагалища I–II степени

Table 2. Characteristics of the course of early and delayed postoperative periods in patients with a combination of cervical elongation of I–III degree and lowering of the anterior vaginal wall of I–II degree

Период динамического наблюдения

1-я группа (n=161), характеристика течения послеоперационного периода

подгруппа А

подгруппа Б

подгруппа В

Московская операция

с применением титановых сетчатых имплантатов и «якорей», n=62 (38,5%)

модификация Манчестерской операции с применением полипропиленовых имплантатов,

n=51 (31,7%)

Манчестерская операция по классической методике,

n=48 (29,8%)

1 мес

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (13, или 21,0%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (10, или 16,1%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (10, или 19,6%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (8, или 15,7%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (9, или 18,8%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (7, или 14,6%)

6 мес

–

Экструзия имплантата (2, или 3,9%)

Диспареуния (2, или 3,9%)

–

12 мес

–

Экструзия имплантата (3, или 5,9%)

Диспареуния (3, или 5,9%)

Опущение передней стенки влагалища I–II степени (3, или 6,3%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (1, или 2,1%), через 24 мес ― III ст. заднего пролапса

24 мес

–

Опущение передней стенки влагалища I степени (2, или 3,9%)

С-пролапс II степени (1, или 2,1%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (2, или 4,2%)

36 мес

–

Опущение передней стенки влагалища I степени (2, или 3,9%)

С-пролапс II степени (1, или 2,1%)

Итого...

–

Экструзия имплантата (5, или 9,8%)

Диспареуния (5, или 9,8%)

Опущение передней стенки влагалища I степени (4, или 7,8%)

Рецидив генитального пролапса (8, или 16,7%)

Опущение передней стенки влагалища I–II степени (8, или 16,7%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (2, или 4,2%)

Опущение задней стенки влагалища III ст. (1, или 2,1%)

С-пролапс II степени (2, или 4,2%)

 

Согласно полученным данным, в течение первых 6 мес mesh-ассоциированные осложнения и рецидивы ПТО у всех пациенток 1-й группы отсутствовали. При дальнейшем наблюдении (6–36 мес) положительные результаты сохранялись у пациенток после Московской операции, в то время как у 5 (9,8%) пациенток после операции с применением синтетических имплантатов в течение указанного периода диагностирована экструзия имплантата, сопровождавшаяся диспареунией, а у 4 (7,8%) ― опущение передней стенки влагалища I степени через 12–36 мес после хирургического вмешательства. У 8 (16,7%) пациенток через 12–36 мес после Манчестерской операции, выполненной по классической методике, выявлено возобновление симптомов ПТО.

Таким образом, оптимальные результаты хирургического лечения наблюдались у пациенток с трансобтураторно-сакроспинальной цервикосуспензией при помощи сетчатых титановых имплантатов и «якорей» (Московская операция).

Презентация ранних и отдалённых результатов хирургического лечения пациенток 2-й группы приведена в табл. 3.

 

Таблица 3. Характеристика течения раннего и отсроченного послеоперационного периода у пациенток с опущением передней стенки влагалища II–III степени

Table 3. Characteristics of the course of the early and delayed postoperative periods in patients with grade II–III prolapse of the anterior vaginal wall

Период динамического наблюдения

2-я группа (n=207), особенности послеоперационного периода

подгруппа А

подгруппа Б

подгруппа В

подгруппа Г

Коррекция переднего пролапса с использованием титановых имплантатов и анкерных лигатур,

n=59 (28,5%)

Коррекция переднего пролапса с использованием титановых имплантатов, «якорей» и анкерных лигатур,

n=29 (14%)

Коррекция переднего пролапса с использованием полипропиленовых имплантатов,

n=56 (27,1%)

Передняя кольпорафия по традиционной методике,

n=63 (30,4%)

1 мес

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (30, или 50,8%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (12, или 20,3%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (14, или 48,3%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (5, или 17,9%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (28, или 50%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (11, или 19,6%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (31, или 49,2%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию

(13, или 20,6%)

6 мес

–

–

Экструзия имплантата, диспареуния (6, или 10,7%)

–

12 мес

–

–

Экструзия имплантата, диспареуния (2, или 3,6%)

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I степени (2, или 3,2%)

24 мес

–

–

–

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I–II степени (5, или 7,9%)

36 мес

Десценция шейки матки I степени (3, или 5,1%)

–

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I степени (4, или 7,1%)

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I–II степени (7, или 11,1%)

Итого...

Десценция шейки матки I степени (3, или 5,1%)

–

Экструзия имплантата, диспареуния (8, или 14,3%)

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I степени (4, или 7,1%)

Сочетание опущения передней стенки влагалища и шейки матки I–II степени (14, или 22,2%)

 

На протяжении первых 6 мес признаков mesh-ассоциированных осложнений и рецидивов заболевания у пациенток 2-й группы не выявлено. Последующее наблюдение показало формирование десценции шейки матки I степени у 3 (5,1%) пациенток через 36 мес после хирургической коррекции опущения передней стенки влагалища II–III степени при помощи трапециевидных сетчатых титановых имплантатов индивидуальных размеров. В следующей подгруппе, где операция дополнялась сакроспинальной фиксацией имплантата вкупе с передней стенкой влагалища и шейкой матки при помощи титановых «якорей», рецидивы заболевания и mesh-ассоциированные осложнения отсутствовали в течение всего периода наблюдения. Применение синтетических имплантатов у 8 (14,3%) пациенток другой подгруппы обусловило появление mesh-асоциированных осложнений и диспареунии через 6–12 мес, а возобновление признаков ПТО ― у 4 (7,1%) пациенток через 36 мес после вмешательства. В последней подгруппе у 14 (22,2%) пациенток после передней кольпорафии по классической методике рецидив заболевания диагностировали через 12–36 мес.

Следовательно, наиболее позитивный результат зарегистрирован у пациенток с хирургической коррекцией опущения передней стенки влагалища II–III степени с применением сетчатого титанового имплантата трапециевидной формы индивидуальных размеров, анкерных лигатур и сопутствующей сакроспинальной цервикокольпосуспензией.

Динамический послеоперационный скрининг способствовал ранней диагностике послеоперационных осложнений и рецидивов ПТО (постгистерэктомическая тазовая грыжа) у пациенток 3-й клинической группы (табл. 4).

 

Таблица 4. Характеристика течения раннего и отсроченного послеоперационных периодов у пациенток с постгистерэктомической тазовой грыжей

Table 4. Characteristics of the course of early and delayed postoperative periods in patients with posthysterectomy pelvic hernia

Периоды динамического наблюдения

3-я группа (n=107), особенности течения послеоперационного периода

подгруппа А

подгруппа Б

подгруппа В

Трансвагинальная гистерэктомия с укреплением купола влагалища при помощи собственных тканей и титановых имплантатов,

n=22 (20,6%)

Трансвагинальная гистерэктомия с укреплением купола влагалища при помощи собственных тканей и синтетических имплантатов,

n=35 (32,7%)

Трансвагинальная гистерэктомия с укреплением купола влагалища только собственными тканями,

n=50 (46,7%)

1 мес

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (4, или 18,2%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (1, или 4,5%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (8, или 22,9%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера внизу живота и/или в области промежности (11, или 22%)

Учащённые позывы к мочеиспусканию (3, или 6%)

6 мес

–

Экструзия имплантата, диспареуния (2, или 5,7%)

–

12 мес

–

Экструзия имплантата, диспареуния (2, или 5,7%)

–

24 мес

–

Опущение передней и задней стенок влагалища I–II степени (2, или 5,7%)

Опущение передней стенки влагалища I степени (4, или 11,4%)

Опущение стенок влагалища II степени (21, или 42%)

36 мес

–

Опущение передней стенки влагалища I степени (2, или 5,7%)

Опущение задней стенки влагалища I степени (1, или 2,9%)

Неполное выпадение купола влагалища (12, или 24%)

Полное выпадение купола влагалища (9, или 18%)

Итого...

–

Экструзия имплантата, диспареуния (4, или 11,4%)

Опущение передней и задней стенок влагалища I–II степени (2, или 5,7%)

Опущение передней стенки влагалища I степени (6, или 17,1%)

Опущение задней стенки влагалища I степени (1, или 2,9%)

Неполное выпадение купола влагалища (12, или 24%)

Полное выпадение купола влагалища (9, или 18%)

 

Среди пациенток 3-й группы наиболее благоприятные результаты хирургического лечения отмечены при использовании сетчатых лентовидных титановых имплантатов, в то время как применение синтетических эндопротезов повлекло за собой mesh-ассоциированные осложнения у 4 (11,4%) из 35 женщин, рецидив заболевания через 24–36 мес диагностирован у 9 (25,7%) из них. У пациенток после влагалищной гистерэктомии с использованием только собственных тканей частота рецидивов заболевания наиболее высока ― полное и неполное выпадение постгистерэктомического купола влагалища через 36 мес наблюдения достигло 42%.

Результаты хирургического лечения в раннем и отдалённом послеоперационном периодах у пациенток с десценцией задней стенки влагалища II–III степени представлены в таблице 5.

 

Таблица 5. Характеристика течения раннего и отсроченного послеоперационных периодов у пациенток с опущением задней стенки влагалища II–III степени

Table 5. Characteristics of the course of early and delayed postoperative periods in patients with grade II–III posterior vaginal wall prolapse

Периоды динамического наблюдения

4-я группа (n=48), характеристика течения послеоперационного периода

подгруппа А

подгруппа Б

подгруппа В

Коррекция опущения задней стенки влагалища с применением титановых сетчатых имплантатов,

n=20 (41,7%)

Коррекция опущения задней стенки влагалища с применением синтетических имплантатов,

n=16 (33,3%)

Коррекция опущения задней стенки влагалища с применением исключительно собственных тканей,

n=12 (25%)

1 мес

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера в области промежности (10, или 50%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера в области промежности (9, или 56,2%)

Ноющие и тянущие боли нерегулярного характера в области промежности (5, или 41,6%)

6 мес

–

Экструзия имплантата (1, или 6,3%)

Диспареуния (1, или 6,3%)

–

12 мес

–

Экструзия имплантата (2, или 12,5%)

Диспареуния (2, или 12,5%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (2, или 16,6%)

24 мес

–

Опущение задней стенки влагалища I степени (2, или 12,5%)

–

36 мес

–

Опущение задней стенки влагалища I степени (1, или 6,3%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (1, или 8,3%)

Итого...

–

Экструзия имплантата (3, или 18,8%)

Диспареуния (3, или 18,8%)

Опущение задней стенки влагалища I степени (3, или 18,8%)

Опущение задней стенки влагалища II степени (3, или 25%)

 

Анализ результатов течения послеоперационного периода показал преимущества применения сетчатых титановых имплантатов для коррекции опущения задней стенки влагалища II–III степени. Использование же синтетических имплантатов или исключительно собственных тканей повлекло за собой формирование mesh-ассоциированных осложнений у 3 (18,8%) пациенток подгруппы Б и рецидивов заболевания у 6 (21,4%) пациенток подгрупп Б и В.

Согласно полученным данным, экструзия синтетических имплантатов наиболее часто происходила в период от 6 до 12 мес после хирургического вмешательства и отмечена у 20 (12,7%) из 158 пациенток, прооперированных с применением полипропиленовых эндопротезов, что обусловило необходимость повторной госпитализации для частичного или полного их иссечения с последующим восстановлением целостности стенок влагалища. Рецидивы ПТО, как правило, формировались у большинства женщин через 12–36 мес после хирургического лечения и наблюдались у 69 (13,2%) из 523 пациенток, причём возобновление симптомов десценции органов малого таза наиболее часто (26,6%) диагностировали у пациенток, прооперированных с применением исключительно собственных тканей, реже ― при использовании синтетических имплантатов (12,7%) и крайне редко ― при установке титановых эндопротезов (1,6%).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализ результатов проведённого исследования показал, что наименьшее число осложнений и послеоперационных рецидивов ПТО формируется у пациенток, прооперированных по оригинальным хирургическим методикам с использованием сетчатых имплантатов и фиксаторов-«якорей» из титана. Применение синтетических имплантатов, напротив, повышает риск mesh-ассоциированных осложнений и нередко ― рецидивов заболевания в связи с необходимостью частичного или полного их иссечения. Использование исключительно собственных тканей при операциях по поводу ПТО влечёт за собой повышенную частоту возобновления симптомов пролапса.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией.

Финансирование. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Этическое утверждение. Исследование выполнялось в рамках диссертационных работ В.В. Ивановой и А. Асамбаевой, его проведение согласовано с Локальным этическим комитетом Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова (выписки из протоколов ЛЭК от 10.03.2021 г. № 05-21 и от 03.02.2022 № 03-22).

Информированное согласие на публикацию. Все пациентки, участвовавшие в исследовании, подписали документы о добровольном информированном согласии на участие в исследовании, предложенный объём хирургического лечения и разрешение на изучение клинической документации и публикацию их медицинских данных.

ADDITIONAL INFO

Author contribution. All authors made a substantial contribution to the conception of the work, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the work, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the work.

Funding source. This study was not supported by any external sources of funding.

Competing interests. The authors declares that there are no obvious and potential conflicts of interest associated with the publication of this article.

Ethics approval. The research was carried out within the framework of the dissertation works of V.V. Ivanova and A. Asambaeva, its conduct was coordinated with the Local Ethics Committee of the I.M. Sechenov First Moscow State Medical University (extracts from the protocols of the LEK dated 10.03.2021 No. 05-21 and 03.02.2022 No. 03-22).

Consent for publication. All the patients who participated in the study signed documents on voluntary informed consent to participate in the study, the proposed scope of surgical treatment and permission to study clinical documentation and publish their medical data.

×

About the authors

Anatolii I. Ishchenko

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Author for correspondence.
Email: 7205502@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-3338-1113

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Obstetrics and Gynecology No. 1

Russian Federation, Moscow

Ailar Asambaeva

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: dr.ailar7@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-5399-7586

Graduate Student

Russian Federation, Moscow

Anton A. Ishchenko

National Medical Research Center «Treatment and Rehabilitation Center»

Email: ra2001_2001@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-6673-3934

MD, Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Irina D. Khokhlova

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: irhohlova5@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-8547-6750

MD, Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Tea A. Dzhibladze

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: djiba@bk.ru
ORCID iD: 0000-0003-1540-5628

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor

Russian Federation, Moscow

Elena G. Malyuta

National Medical Research Center «Treatment and Rehabilitation Center»

Email: egma@list.ru
ORCID iD: 0000-0003-0098-0830

MD, Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Leonid S. Aleksandrov

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: aleksandrov.leonid@lenta.ru
ORCID iD: 0000-0002-7601-3532

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor

Russian Federation, Moscow

Oksana Yu. Gorbenko

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: go2601@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-3435-4590

MD, Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Ekaterina V. Tevlina

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: tevlina.ekaterina@gmail.com
ORCID iD: 0009-0003-5235-1814

Assistant Lecturer

Russian Federation, Moscow

Mikhail B. Ageev

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: mikhaageev@ya.ru
ORCID iD: 0000-0002-6603-804X

MD, Cand. Sci. (Med.), Assistant Professor

Russian Federation, Moscow

Dmitrii V. Baburin

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: baburin_d_v@staff.sechenov.ru
ORCID iD: 0000-0003-2398-3348

MD, Cand. Sci. (Med.)

Russian Federation, Moscow

Anastasiya P. Moskvicheva

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: 09-19@rambler.ru
ORCID iD: 0000-0003-1763-4205

Graduate Student

Russian Federation, Moscow

Elena D. Khalyavka

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: elhalyavka@gmail.com
ORCID iD: 0009-0003-4894-6655

Clinical Resident

Russian Federation, Moscow

Viktoriya V. Ivanova

I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

Email: obstetrics-gynecology@list.ru
ORCID iD: 0000-0002-0917-7713

Obstetrician-Gynecologist

Russian Federation, Moscow

References

  1. Buianova SN, Shchukina NA, Zubova ES, Sibryaeva VA, Rizhinashvili ID. Genital prolapse. Russian Bulletin of Obstetrician-Gynecologist. 2017;17(1):3745. (In Russ). doi: 10.17116/rosakush201717137-45
  2. Gvozdev MYu, Tupikina NV, Kasyan GR, Pushkar’ DYu. Pelvic organ prolapse in the clinical practice of a urologist. Methodological recommendations No. 3. Moscow: ABV-press; 2016. (In Russ).
  3. Russian Society of Obstetricians and Gynecologists, All-Russian public organization “Russian Society of Urologists”. Prolapse of female genitalia. Clinical recommendations. Moscow: Ministry of Health of the Russian Federation; 2021. Available from: http://zdrav.spb.ru/media/filebrowser/выпадение_женских_половых_органов.pdf (In Russ).
  4. Gutman R, Maher C. Uterine-preserving POP surgery. Int Urogynecol J. 2013;24(11):1803–1813. doi: 10.1007/s00192-013-2171-2
  5. Jelovsek JE. Pelvic organ prolapse in women: Choosing a primary surgical procedure [Internet]. UpToDate, 2017. [cited 2023 Oct 7]. Available from: https://www.uptodate.com/contents/pelvic-organ-prolapse-in-women-choosing-a-primary-surgical-procedure
  6. Strizhakov AN, Davydov AI, Belotserkovtseva LD. Pelvic organ prolapse. Return to the sources: the FDA reclassifies the use of MESH technologies. Gynecology, Obstetrics and Perinatology. 2017;16(3):47–50. (In Russ). doi: 10.20953/1726-1678-2017-3-47-50
  7. De Tayrac R, Sentilhes L. Complications of pelvic organ prolapse surgery and methods of prevention. Int Urogynecol J. 2013;24(11):1859–1872. doi: 10.1007/s00192-013-2177-9
  8. Manodoro S, Reato C, Cola A, Palmieri S, Frigerio M. Prolapse mesh complication: large stone on vaginal mesh extruded in the bladder. Eur J Obstet Gynecol Reprod Biol. 2019;235:131–132. doi: 10.1016/j. ejogrb.2019.02.012
  9. Ishchenko AI, Ivanova VV, Ishchenko AA, et al. A new method of organ-preserving surgical correction of cervical elongation using titanium mesh implants. The “Moscow” surgery. Gynecology, Obstetrics and Perinatology. 2021;20(4):84–92. (In Russ). doi: 10.20953/1726-1678-2021-4-84-92
  10. Patent RUS №203395 U1/ 02.04.21. Byul. №10. Ishchenko AI, Gorbenko OYu, Ishchenko AA, et al. Fiksator ligatury v myagkikh tkanyakh. Available from: https://patents.s3.yandex.net/RU203395U1_20210402.pdf (In Russ).
  11. Patent RUS № 2755668 C1/ 20.09.21. Byul. №26. Ishchenko A.I., Ishchenko A.A., Ivanova VV, et al. Sposob khirurgicheskogo lecheniya prolapsa tazovykh organov v sochetanii s elongatsiei sheiki matki (Moskovskaya operatsiya). Available from: https://patents.s3.yandex.net/RU2755668C1_20210920.pdf (In Russ).
  12. Ishchenko AI, Aleksandrov LS, Ishchenko AA, et al. Anterior colporaphy using mesh titanium implants. First experience. Gynecology, Obstetrics and Perinatology. 2019;18(2):5–12. (In Russ). doi: 10.20953/1726-1678-2019-2-5-12
  13. Ishchenko AA, Ishchenko AI, Aleksandrov LS, et al. Transvaginal surgical prevention of posthysterectomy prolapse of the vaginal dome in patients with complete uterine prolapsed. Gynecology, Obstetrics and Perinatology. 2017;16(3):43–46. doi: 10.20953/1726-1678-2017-3-43-46
  14. Ishchenko AI, Aleksandrov LS, Ishchenko AA, et al. Mesh-ligature correction of posterior vaginal wall prolapse grade II–III using titanium mesh implants. Gynecology, Obstetrics and Perinatology. 2020;19(3):14–21. (In Russ). doi: 10.20953/1726-1678-2020-3-14-21
  15. Korshunov MYu, Sazykina EI. PD-QL questionnaire ― validated instrument for symptoms and quality of life assessment in patients with pelvic organ prolapse. Journal of Obstetrics and Womans Diseases. 2008;3:86–93. (In Russ).
  16. Persu C, Chapple CR, Cauni V, Gutue S, Geavlete P. Pelvic Organ Prolapse Quantification System (POP-Q) ― a new era in pelvic prolapse staging. J Med Life. 2011;4(1):75–81.

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download

Copyright (c) 2023 Eco-Vector


СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: ПИ № ФС 77 - 86335 от 11.12.2023 г.  
СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: ЭЛ № ФС 77 - 80633 от 15.03.2021 г.